Новости

25.05.2020

Рабочее совещание.

22 мая 2020 года председатель суда А.О. Зуев, совместно с судьями, а также сотрудниками отдела обобщения судебной практики, продолжили обсуждение правовых позиций Верховного суда РФ, изложенных в Обзорах по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1 и № 2.

21.05.2020

Постановление Правительства РФ.

Правительство РФ приняло постановление от 16 мая 2020 г. N 699 «О внесении изменений в правила предоставления отсрочки (рассрочки) по уплате налогов, авансовых платежей по налогам и страховых взносов».

21.05.2020

Постановление Правительства РФ.

Правительство РФ приняло постановление от 16 мая 2020 г. N 696 «Об утверждении правил предоставления субсидий из федерального бюджета российским кредитным организациям на возмещение недополученных ими доходов по кредитам, выданным в 2020 году юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям на возобновление деятельности».

Обзор судебной практики Третьего арбитражного апелляционного суда по рассмотрению споров о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за период 2015 – 1 полугодие 2017 г.

Дата: 
29.12.2017

Обзор судебной практики Третьего арбитражного апелляционного суда 

по рассмотрению споров о привлечении контролирующих  должника лиц

к субсидиарной ответственности за период 2015 – 1 полугодие 2017 г.

 

I. Вводная часть и структура обзора

 

В соответствии с планом работы Третьего арбитражного апелляционного суда на второе полугодие 2017 года подготовлен обзор судебной практики по рассмотрению споров о привлечении контролирующих  должника лиц к субсидиарной ответственности за период 2015 – 1 полугодие 2017 г.

Предметом изучения настоящего обзора являются постановления, вынесенные Третьим арбитражным апелляционным судом в период с 01.01.2015 по 30.06.2017 по результатам пересмотра дел, связанных с привлечением к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

Цель настоящего обзора – обеспечение формирования единообразной судебной практики при рассмотрении споров, связанных с привлечением контролирующих  должника лиц к субсидиарной ответственности; обобщение выводов суда апелляционной инстанции по доводам лиц, участвующих в деле, при рассмотрении споров по данной категории дел, для дальнейшего использования их в работе.

Обзор подготовлен с учетом проверки законности постановлений Третьего арбитражного апелляционного суда Арбитражным судом Восточно-Сибирского округа и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Нормативную базу при рассмотрении данной категории споров составляют следующие законы, разъяснения высших судебных инстанций и нормативные акты:

- Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве);

- Гражданский кодекс Российской Федерации;

- постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»;

- постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от   30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»;

- Обзор судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016.

По структуре обобщение включает в себя следующие разделы:

- раздел I «Вводная часть и структура обзора»;

- раздел II «Основные статистические данные»;

- раздел III «Обзор судебной практики по рассмотрению споров о привлечении контролирующих  должника лиц к субсидиарной ответственности»;

- раздел IV «Выводы».

 

II. Основные статистические данные

 

Третьим арбитражным апелляционным судом в анализируемый период было рассмотрено 41 дело, связанное с привлечением контролирующих  должника лиц к субсидиарной ответственности, что составляет 0,28 % от общего количества рассмотренных судом дел (15 454): 22 дела в 2015 году, 11 дел в 2016 году, 8 дел в первом полугодии 2017 года.

В анализируемый период Третьим арбитражным апелляционным судом по указанной категории дел рассмотрены следующие споры:

13 дел о привлечении контролирующих  должника лиц к субсидиарной ответственности по такому основанию как нарушение обязанности по подаче заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве (пункт 2 статьи 10 Закона);

28 дел о привлечении к субсидиарной ответственности, когда должник признан банкротом вследствие действий (бездействия) контролирующих  должника лиц (пункт 4 статьи 10 Закона), в частности:

- в случае отсутствия (искажения) данных бухгалтерского учета, а также неисполнения обязанности по передаче документов конкурсному управляющему - 17 дел,

-  в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения либо одобрения одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве – 10 дел,

- в случае возникновения требований кредиторов третьей очереди вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения (в т.ч. требований об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях), превышающих на дату закрытия реестра требований кредиторов 50 % общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности – 1 дело.

По результатам апелляционного пересмотра определений судов первой инстанции по анализируемым делам 33 судебных акта были оставлены без изменения, 4 – отменены полностью с разрешением вопроса по существу судом апелляционной инстанции, 2  - отменены в части, 2 акта изменены.

В Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа обжаловано 19 анализируемых судебных актов Третьего арбитражного апелляционного суда, что составило 46,4 % от общего числа актов, принятых по результатам рассмотрения споров, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. По 17 делам обжалованные судебные акты апелляционного суда оставлены без изменения окружным судом, по 1 делу – постановление отменено полностью, по 1 – отменено в части.

Кроме того, по 3 делам (7,3 %) на судебные акты Третьего арбитражного апелляционного суда были поданы кассационные жалобы в Верховный Суд Российской Федерации, в передаче одной из них на рассмотрение Судебной коллегии ВС РФ отказано, одна жалоба передана на рассмотрение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ, по двум делам постановления апелляционного суда отменены (в части и полностью) определениями Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ.

 

III. Обзор судебной практики по рассмотрению споров

о привлечении контролирующих  должника лиц к субсидиарной ответственности

 

1.Нарушение обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве

 

Одним из условий появления у директора обязанности подать заявление должника является наличие у организации признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

- постановление от 09.10.2015 по делу № А33-2957/2014к9 , от 09.09.2015 по делу     № А33-9145/2014к3 (оставлены без изменения судом кассационной инстанции), постановления от 14.12.2015 по делу №А33-21984/2013к5, от 27.10.2016 по делу                 № А33-16090/2012к24, от 30.08.2016 по делу № А33-13581/2013к23, от 29.03.2016 по делу № А74-5269/2013 (в вышестоящие судебные инстанции не обжаловались), постановление от 10.02.2016 по делу №А33-2702/2015к1 (кассационная жалоба возвращена).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 73-ФЗ) руководитель должника обязан обратиться с заявлением о признании должника банкротом в арбитражный суд в случае, если, кроме прочего, должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Закрепление в Законе о банкротстве такого основания привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности, как несоблюдение им возложенных на него законом обязанностей, в том числе по подаче заявления должника в арбитражный суд, направлено на обеспечение надлежащего исполнения им указанных обязанностей, а также на защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Исходя из смысла вышеназванной нормы права возможность привлечения лиц, указанных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременного ряда указанных в законе условий:

во-первых, возникновения одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 названного Закона о банкротстве обстоятельств и установление даты возникновения обстоятельства;

во-вторых, неподачи каким-либо из указанных выше лиц заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства;

в-третьих, возникновение обязательств должника, по которым привлекается к субсидиарной ответственности лицо (лица), перечисленные в пункте 2 статьи 10 Закона, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Из системного толкования абзаца 34 статьи 2, пункта 2 статьи 3, пункта 2 статьи 6, пункта 2 статьи 33 Закона о банкротстве следует, что юридическое лицо является неплатежеспособным, то есть неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если требования к должнику составляют не менее чем установленный законом размер и указанные требования не исполнены в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены. Недостаточность средств предполагается, если не доказано иное.

По указанным делам размер задолженности был подтвержден судебным актом. Доказательства уплаты задолженности в полном объеме материалы дела не содержали (данная задолженность в числе прочей включена в реестр требований кредиторов должников).

На основании изложенного суд пришел к выводу о том, что наличие задолженности в размере, установленном законом, подтверждено материалами дела, задолженность не была уплачена более трех месяцев, следовательно, такой признак банкротства, как неплатежеспособность (наличие задолженности в размере, установленном законом, а также ее неуплата в течение 3 месяцев) образовался  с момента вынесения решения, то есть судебного акта  о взыскании задолженности с должника.

Поскольку доказательств обращения  директора в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом в материалы дела не представлено, арбитражный суд признал обоснованным требование конкурсного управляющего о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

- постановление от 19.02.2016 по делу № А33-17156/2010к31(в вышестоящие судебные инстанции не обжаловалось).

Привлекая руководителя должника к субсидиарной ответственности, суд исходил из комплексной оценки финансовой ситуации на предприятии, в том числе с учетом динамики коэффициентов ликвидности, платежеспособности и финансовой устойчивости. При этом было установлено, что при наличии указанных обстоятельств руководитель должника не подал заявление о банкротстве, а продолжал принимать на предприятие новые обязательства, что свидетельствовало о нарушении прав кредиторов и наличии признаков субсидиарной ответственности.

- постановление от 14.10.2015 по делу № А74-4972/2012, от 21.12.2015 по делу            № А74-7341/2014 (оставлено без изменения судом кассационной инстанции).

Судом было отказано в привлечении руководителя к субсидиарной ответственности. По мнению суда, заявителем не были представлены доказательства, свидетельствующие о прекращении исполнения должником обязательств в результате недостаточности денежных средств.

Определяя наличие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, суд исходил из содержания этих понятий, данных в статье 2 Закона о банкротстве.

При определении неплатежеспособности конкурсным управляющим не был доказан факт прекращения расчетов с кредиторами. Само по себе наличие  задолженности по уплате  обязательных платежей в размере, установленном законом,  не может однозначно свидетельствовать о неплатежеспособности должника и являться безусловным  основанием  для немедленного обращения  в арбитражный суд с заявлением о признании должника  несостоятельным (банкротом).

- постановление от 20.09.2016 по делу № А74-8435/2014(в вышестоящие судебные инстанции не обжаловалось).

При определении признаков недостаточности имущества конкурсный управляющий исходил из превышения обязательств над активами предприятия согласно данным бухгалтерской отчетности.

Судом было отказано в привлечении руководителя к субсидиарной ответственности, поскольку такое формальное превышение не является безусловным доказательством невозможности  исполнения обществом своих обязательств  и не порождает  обязанности руководителя  обращаться в суд  с заявлением должника.

 

В случае неподачи руководителем в арбитражный суд заявления должника размер его субсидиарной ответственности будет равен долгам компании, которые возникли после того, как истек срок на обращение в суд с таким заявлением.

- постановление от 27.03.2017 по делу № А33-8790/2016к3 (оставлено без изменения судом кассационной инстанции).

Суд, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, исходил из отсутствия правовых оснований для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве неподача заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 этого же Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых названным Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления.

Субсидиарная ответственность в таких случаях наступает по тем обязательствам должника, которые возникли после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, для привлечения к субсидиарной ответственности лиц, названных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, необходима совокупность следующих условий: возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств; неподача лицами, указанными в пункте 2 статьи 10 этого же Федерального закона, заявления о признании должника банкротом в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 указанного Федерального закона.

Из материалов дела следует, что конкурсный управляющий в заявлении указал, что по истечении трехмесячного срока с момента, когда у общества появились признаки неплатежеспособности, у руководителя возникла обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Суд, оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, установил, что у должника отсутствует задолженность, возникшая после указанного уполномоченным органом момента возникновения у общества признаков неплатежеспособности, и размер субсидиарной ответственности установлению не подлежит.

 

Для применения положений пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве имеет значение фактический момент возникновения задолженности, а не дата решения суда о ее взыскании или дата исполнительного листа либо судебного приказа.

- постановление от 19.02.2016 по делу № А33-17156/2010к31(в вышестоящие судебные инстанции не обжаловалось).

Конкурсный управляющий по заявлению помимо прочего требовал взыскать с директора в субсидиарном порядке долги организации по заработной плате. В доказательство он представил копии судебных приказов и исполнительных листов, согласно которым указанная задолженность подлежала взысканию с компании в пользу работников. Данные приказы, исполнительные листы были вынесены судом после того, как истек срок на подачу заявления должника и конкурсный управляющий посчитал, что все условия для привлечения директора к субсидиарной ответственности по этим долгам имеются.

Однако суд с ним не согласился, так как из представленных документов нельзя было достоверно определить дату возникновения задолженности по заработной плате, поскольку для  применения положений пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве важен именно фактический момент возникновения задолженности, а не дата решения суда о ее взыскании или дата исполнительного листа либо судебного приказа.

 

2. Искажение (отсутствие) данных бухгалтерского учета, а также неисполнение обязанности по передаче документов конкурсному управляющему.

 

Отсутствие у должника документов бухгалтерской отчетности само по себе не является безусловным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности по смыслу статьи 10 Закона о банкротстве.

- постановление от 04.05.2016 по делу № А69-736/2014 (оставлено без изменения судом кассационной инстанции).

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности руководителя должника.

Решением суда первой инстанции заявление удовлетворено. Удовлетворяя требование, суд руководствовался положениями пунктов 4 и 5 статьи 10 Закона о банкротстве,  указал на обязанность ответчика вести, составлять, хранить документы бухгалтерского учета и (или) отчётности и передать их конкурсному управляющему для формирования конкурсной массы должника.

Постановлением суда апелляционной инстанции решение отменено, в удовлетворении заявления отказано.

Отменяя решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции указал на непринятие во внимание судом первой инстанции того факта, что на дату признания должника банкротом ответчик не являлся руководителем должника, не обладал документами и имуществом должника и не имел возможности передать их арбитражному управляющему.

Кроме того, судом первой инстанции не было учтено, что документы должника были изъяты правоохранительными органами, что подтверждается протоколом выемки.

- постановление от 24.03.2015 по делу № А74-6836/2013 (оставлено без изменения судом кассационной инстанции).

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности директора должника.

Отказывая в удовлетворении  требования, суд первой инстанции сослался на общие положения о гражданско-правовой ответственности, изложенные в главах 25 и 59 Гражданского кодекса РФ и постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда   РФ от 06.11.2012 №9127/12, из которых следует, что при рассмотрении вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат установлению следующие обстоятельства:

надлежащий субъект ответственности;

факт несостоятельности (банкротства) должника;

наличие обстоятельств, указанных в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве;

вина субъекта ответственности, причинно-следственная связь между отсутствием соответствующих документов бухгалтерского учета и отчетности, либо искажением содержащейся в них информации, и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, исполнения обязательств должника;

размер ответственности.

Конкурсным управляющим не было доказано наличие причинно-следственной связи между не передачей ему ответчиком бухгалтерских и иных документов и невозможностью удовлетворения кредиторов. В материалы дела не было представлено доказательств наличия факта отказа или уклонения руководителя должника от передачи указанных документов арбитражному управляющему. Доказательства утраты документов в результате виновных действий ответчика или выполнения его неправомерных указаний или других распоряжений также отсутствовали. Кроме того, конкурсным управляющим не была указана конкретная документация должника, обязанность по ведению (составлению) и хранению которой установлена законодательством Российской Федерации и отсутствие которой препятствовало бы исполнению обязанностей конкурсного управляющего.

Повторно оценив представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции также пришел к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между не передачей конкурсному управляющему бухгалтерских и иных документов ответчиком и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

- постановление от 25.05.2016 по делу № А33-13581/2013 (оставлено без изменения судом кассационной инстанции).

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности. В качестве обоснования своих требований ссылается на пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве, предусматривающий обязанность руководителя должника передать конкурсному управляющему бухгалтерскую и иную документацию.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции указал, что руководитель должника не уклонялся от передачи документов конкурсному управляющему, наоборот, содействовал данному процессу. В свою очередь, конкурсному управляющему, действуя добросовестно и разумно, следовало незамедлительно приступить к анализу переданных документов, после чего обратиться к руководителю с требованием о предоставлении пояснений либо о направлении недостающих  первичных документов в целях взыскания задолженности. Однако таких действий конкурсным управляющим предпринято не было.

Отсутствие анализа переданной от должника документации не может подменяться предъявлением требования о привлечении руководителя к субсидиарной ответственности.

Таким образом, суд пришел к выводу об отсутствии вины руководителя должника по ненадлежащему исполнению обязательств по ведению и передаче документации.

Кроме того, заявитель не обосновал и документально не подтвердил наличие у ответчика иной документации должника, за исключением переданной, а также каким образом отсутствие у конкурсного управляющего документации должника, своевременные и достаточные меры по получению которой конкурсным управляющим не были предприняты, существенно затруднило формирование и реализацию конкурсной массы, а также привело или могло привести к невозможности удовлетворения должником требований кредиторов с учетом наличия сведений о невзысканной дебиторской задолженности.

Суд апелляционной инстанции поддержал решение суда первой инстанции, указав также на отсутствие причинно-следственной связи между не передачей конкурсному управляющему документации руководителем должника и затруднением в формировании конкурсной массы.

Суд кассационной инстанции оставил решение и постановление судов без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

 

Факт наличия кредиторской задолженности не свидетельствует сам по себе о безусловном наличии у должника в лице его руководителя обязанности обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным.

- постановление от 24.03.2015 по делу № А74-6836/2013 (оставлено без изменения судом кассационной инстанции).

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности директора должника.

В качестве одного из оснований привлечения к ответственности заявитель указывает на факт не обращения ответчика в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Отказывая в удовлетворении требований суды первой и апелляционной инстанций указали, что для применения (наступления) субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9, должник должен был обратиться в суд и когда именно он обязан был обратиться с заявлением.

Кроме того, суды указали, что конкурсный управляющий не представил в материалы дела доказательств того, что заявленная к взысканию сумма является убытками, возникшими вследствие неисполнения ответчиком обязанности, возложенной пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Заявителем не было представлено доказательств возникновения обязательств у должника после той даты, когда, по мнению заявителя, истек период подачи бывшим руководителем заявления о признании должника банкротом; заявитель также не представил расчет размера ответственности руководителя по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Принимая во внимание указанные факты, суды пришли к выводу о недоказанности конкурсным управляющим совокупности условий для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности, поскольку отсутствует прямая причинно-следственная связь между бездействием руководителя и наступившими последствиями в виде возникновения задолженности перед кредиторами.

 

Вопрос о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности не может быть рассмотрен до момента окончания формирования конкурсной массы и установления факта невозможности удовлетворения требований кредиторов за счет имущества должника.

- постановление от 07.07.2016 по делу № А69-736/2014 (оставлено без изменения судом кассационной инстанции).

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности руководителя должника.

Удовлетворяя требование конкурсного управляющего, суд первой инстанции исходил из того, что руководитель должника, будучи обязанным передать документацию должника арбитражному управляющему в силу закона, о предоставлении ему срока для восстановления бухгалтерской документации не обращался, до настоящего момента обязанность не исполнил.

Отменяя определение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции указал, что для определения размера субсидиарной ответственности, учитывая ее правовую природу, необходимо установить, какая часть требований кредиторов может быть погашена за счет имущества основного должника. До завершения реализации имущества должника этот вопрос не может быть разрешен с достаточной степенью достоверности.

В соответствии с абзацем 6 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении должника к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному пунктом 4 настоящей статьи (признание должника банкротом вследствие действий (бездействия) контролирующих должника лиц), невозможно определить размер ответственности, суд, после установления всех иных имеющих значение фактов, приостанавливает рассмотрение этого заявления до окончания расчетов с кредиторами, либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Таким образом, суд первой инстанции должен был приостановить производство по рассмотрению заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

В связи с вышеизложенным, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности.

 

Контролирующее должника лицо, вследствие действия и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом) не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

- постановление от 09.10.2015 по делу № А33-5116/2011 (в вышестоящие судебные инстанции не обжаловалось).

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности руководителя и учредителя должника, а также руководителя должника.

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции указал, что ответчики обязаны были обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве. Суд также указал, что ответчиками не была исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему документации, в том числе бухгалтерских документов.

Суд апелляционной инстанции отменил решение суда первой инстанции в части привлечения одного из руководителей должника к субсидиарной ответственности.

Апелляционный суд указал, что судом первой инстанции не был учтен факт того, что указанный руководитель должника в период осуществления своих полномочий инициировал проведение расширенного заседания совета участников (учредителей) общества по вопросу о  признании должника банкротом, на котором единственный учредитель (также привлекаемый к субсидиарной ответственности по данному делу) решил не признавать общество банкротом и дал указание отложить проведение мероприятий по этому вопросу до соответствующего распоряжения.

Таким образом, апелляционный суд пришел к выводу, что ответчик действовал добросовестно и разумно в интересах должника, его кредиторов и участника, созвал расширенное заседание совета участников должника, уведомил единственного участника общества о необходимости обратиться с заявлением в суд о признании должника банкротом, и только в связи с запретом единственного участника общества, соблюдая статьи 32 и 33 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», не обратился в суд.

Относительно не передачи документов конкурсному управляющему суд апелляционной инстанции указал, что на момент возникновения указанной обязанности единственным участником и руководителем общества являлся второй ответчик по делу, следовательно, апеллянт никаким образом повлиять на передачу документов не мог.

 

Бремя опровержения презумпции, содержащейся в пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве, (при её доказанности) возлагается на бывшего руководителя должника.

- постановление от 08.02.2017 по делу № А33-17721/2013к11 (определением Верховного Суда Российской Федерации от 16.10.2017 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции).

            В абзаце четвертом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в спорный период, содержится презумпция о наличии причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при отсутствии документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Таким образом, именно на  бывшего руководителя в силу статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве возложено бремя опровержения данной презумпции (при ее доказанности), в частности, что документы переданы конкурсному управляющему либо их отсутствие не привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Само по себе отсутствие оговорок в акте приема – передачи документации (принятие управляющим документов папками без возражений) не означает надлежащее исполнение указанной обязанности поскольку, принимая документы, конкурсный управляющий по общему правилу не должен обладать информацией о том, что переданные документы позволяют проведение соответствующих процедур, в том числе информацией об их комплектности и полноте содержания. Лишь проанализировав полученные документы, конкурный управляющий имеет возможность определить, все ли необходимые документы переданы.

 

3. Причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения либо одобрения одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

 

Контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

- постановление от 25.06.2015 по делу № А33-19958/2011к30 (в вышестоящие судебные инстанции не обжаловалось).

Определением суда первой инстанции в удовлетворении заявленных требований отказано. Суд апелляционной инстанции оставил определение суда без изменения.

Конкурсный управляющий обратился в суд с требованием привлечь директора к субсидиарной ответственности за то, что тот необоснованно выдал доверенность на право заключения  любых сделок,  подписания от имени общества  договоров, принятия  для должника от третьих лиц, передаче третьим лицам любого имущества.

Суд апелляционной инстанции, поддерживая судебный акт суда первой инстанции, пришел к выводу, что перечисленные действия руководителя должника не выходили за пределы обычного делового предпринимательского риска.

В пунктах 1, 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица, а также доказать наличие у юридического лица убытков.

Исходя из положений пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается.

Единоличный исполнительный орган общества не может быть признан виновным в причинении убытков обществу, если он действовал в пределах разумного риска.

Доказательств того, что у директора должника имелся умысел на выдачу такой доверенности с целью причинения вреда обществу, в том числе с целью сокрытия факта получения выгоды от совершенной доверенным лицом сделки, о чем могли бы свидетельствовать, в частности, доказательства приобретения доверенным лицом имущества в свою пользу, или в пользу доверителя за счет полученного имущества, последующая передача имущества, полученного по доверенности, самому доверителю, либо доказательства того, что руководителю должника изначально было известно о том, что  имущество в виде векселей не будет передано обществу, не представлено.

Сам факт выдачи доверенности не свидетельствует о допущении директором нарушений действующего законодательства либо о злоупотреблении предоставленными ему, как руководителю, правами.

Судом апелляционной инстанции также было установлено, что содержащиеся на оборотной стороне векселей индоссаменты являются бланковыми. Согласно положениям статей 16, 17 Постановления ЦИК СССР и СНК СССР от 07.08.1937  № 104/1341 «О введении в действие положения о переводном и простом векселе» в качестве законного векселедержателя рассматривается лицо, у которого вексель фактически находится. Таким образом, при наличии в банковских векселях бланкового индоссамента, наличие отметок в векселях о владении ими должником не обязательно, так как для законного владения достаточно простого вручения векселей.

Конкурсный управляющий в заявлении указывал, что все векселя предъявлены к оплате не должником, а иными лицами. Однако доказательств, подтверждающих, что векселя были получены третьими лицами не в рамках расчетов с должником, конкурсным управляющим не представлено.

Таким образом, в материалах дела отсутствовало подтверждение того, что директор при  выдачи доверенности действовал недобросовестно и неразумно, в ущерб интересам возглавляемой им организации.

- постановление от 08.10.2015 по делу № А33-15912/2012к21 (в вышестоящие судебные инстанции не обжаловалось).

Определением суда первой инстанции заявление конкурсного управляющего удовлетворено.

Суд апелляционной инстанции отменил определение суда, в удовлетворении заявления о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности  отказал.

В качестве основания для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий по настоящему делу указал на заключение им договоров о переводе долга на должника, в связи с которыми последнему причинены убытки.

По итогам рассмотрения апелляционной жалобы суд пришел к выводу о том, что конкурсный управляющий не представил доказательств того, что на момент совершения спорных сделок существовали обстоятельства, известные, вызывающие сомнения в платежеспособности первоначального должника, и свидетельствующие о необходимости проверки его финансовой состоятельности.

При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции установлено, что  договоры о переводе долга заключены после  подачи  уполномоченным органом в арбитражный суд  заявления о признании контрагента банкротом и возбуждении производства по делу о его несостоятельности (банкротстве). Вместе с тем, факт опубликования в картотеке  арбитражных дел на дату заключения договоров информации о поступлении (25.06.2010) и принятии заявления (02.07.2010), не доказан конкурсным управляющим.

Заключенные руководителем договоры являются  возмездными, содержат условие о передаче должнику имущества, необходимого для осуществления хозяйственной деятельности. Материалами дела подтверждается факт наличия у первоначального должника передаваемого имущества на дату заключения сделок.

Таким  образом, директор должника  совершил  спорные сделки в рамках обычной хозяйственной деятельности  в обеспечение  осуществляемых  обществом видов деятельности, действуя в интересах общества. Доказательства того, что руководитель должника  преследовал иные цели или проявил недобросовестность, в материалах дела отсутствовали.

- постановление от 14.02.2017 по делу № А33-8409/2015 (кассационная жалоба возвращена).

В схожей ситуации, отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего, суд указал, что для применения субсидиарной ответственности, предусмотренной п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве, необходимо доказательство наличия при  заключении оспариваемых  сделок цели причинения вреда имущественным  интересам кредиторов.

В качестве основания признания правоотношений по уступке права требования недействительными, конкурсный управляющий указывал на безвозмездность уступаемого права требования, ссылаясь на то, что в указанном договоре отсутствует существенное условие о цене и порядке расчетов за уступаемое право требования, а также на отсутствие доказательств исполнения обязательства по оплате суммы вознаграждения по договору цессии.

При рассмотрении заявления конкурсного управляющего о признании недействительными указанных сделок должника арбитражный суд установил отсутствие доказательств наличия при заключении оспариваемых сделок цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов. Таким образом, вступившим в законную силу судебным актом установлено, что цель причинения вреда при совершении сделки отсутствовала. Отсутствие исполнения при согласованности условиями договора встречного исполнения не может служить доказательством безвозмездности сделки.

При указанных обстоятельствах, сделки, совершенные в процессе обычной хозяйственной деятельности, совершением которых не причинено вреда интересам кредиторов, не являются основанием для возложения ответственности на руководителя должника.

Еще одно подобное дело было рассмотрено Третьим арбитражным апелляционным судом - постановление от 01.06.2017 по делу № А33-1790/2015к35 (кассационная жалоба возвращена).

Конкурсным кредитором сделан вывод о том, что в результате совершенного директором договора уступки, должник, без получения адекватного встречного исполнения, утратил имущественное право получения от своего должника суммы долга в существенном для банкрота размере. Действия директора по лишению должника денежных средств и права их требования, являются явно недобросовестными, направленными на сознательное причинение ущерба юридическому лицу.

Судом установлено и следует из материалов дела, стороны сделки вели реальную хозяйственную деятельность, связанную с основным видом деятельности юридических лиц, в совокупности контрагенты, входящие в одну группу с должником, обеспечивали стабильность производственной деятельности. Также суд не усмотрел оснований полагать, что договор уступки прав был заключен с лицом, заведомо неспособными исполнить принятые на себя обязательства.

Спорным договором предусмотрен порядок и срок оплаты передаваемого права, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что по рассматриваемой сделке имело место дарение, из существа самой сделки такие выводы не следуют.

Таким образом, совершенная сделка являлась возмездной, и ее цена могла быть определена по правилам пункта 3 статьи 424 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Сам факт наличия непогашенной задолженности перед обществом не свидетельствует о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) руководителя, так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Единоличный исполнительный орган общества не может быть признан виновным в причинении убытков обществу, если он действовал в пределах разумного риска.

 

Совершение сделки за пределами разумного предпринимательского риска, в результате чего должник потерпел убытки и не может расплатиться по долгам, является основанием для применения норм о субсидиарной ответственности.

- постановление от 25.08.2016 по делу № А33-16515/2014 (оставлено без изменения судом кассационной инстанции).

Определением суда первой инстанции требование кредитора о привлечении к ответственности единственного  участника должника удовлетворено.

Суд апелляционной инстанции, оставляя без изменения определение суда, согласился с выводом о наличии виновного поведения участника, которое находится в причинно-следственной связи  с невозможностью формирования конкурсной массы.

Судом установлено, что кризисная ситуация на предприятии образовалась в период деятельности единоличного исполнительного органа, смена руководителя и места нахождения общества по существу преследовала цель уклонения от ответственности
(её перекладывание) на иное лицо, являющееся гражданином Украины, не имеющего на территории Российской Федерации места жительства, и не имела целью дальнейшее осуществление предприятием деятельности.

Участником предпринимались действия и решения, в том числе приведшие к утрате возможности получения кредиторами удовлетворения своих требований за счет активов должника (решение о смене юридического, фактического адреса и единоличного исполнительного органа, не исполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, отсутствие документов, подтверждающих передачу товарно-материальных ценностей должника номинальному руководителю, их транспортировку по месту нахождения).

Участник не предпринимал мер к тому, чтобы привлечь к имущественной ответственности  номинального руководителя общества, которое принадлежит  участнику за растрату имущества предприятия, оцениваемого в десятки миллионов рублей, что также свидетельствует о фиктивной роли номинального директора и недобросовестном и неразумном поведении  участника в сложившейся ситуации.

Таким образом, установив наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением  участника и наступившим вредом (невозможность формирования конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов), суд пришел к выводу о доказанности наличия совокупности условий для привлечения его к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

 

Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить свои обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

- постановление от 28.05.2015 по делу № А33-1677/2013 (определением Верховного Суда Российской Федерации от 21.04.2016 отменено (также как и определение суда первой инстанции и постановление кассационной инстанции) в части отказа в удовлетворении требований о привлечении к  субсидиарной ответственности единственного участника должника. Дело в указанной части направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции).

В абзаце втором пункта 3 статьи 56 ГК РФ  и пункте 3 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» содержится общая норма о субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью его участника, который имеет право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеет возможность определять действия организации, в ситуации, когда несостоятельность (банкротство) хозяйственного общества вызвана таким участником и имущества юридического лица недостаточно для проведения расчетов с кредиторами.

Аналогичное правило было закреплено в абзаце первом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве и согласуется с правовой позицией Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ, изложенной в пункте 22 совместного постановления от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

По смыслу названных положений Закона необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

Как установлено судами, в спорный период единственным участником общества являлось общество, учредившее его, что определяет его как контролирующее должника лицо.

В данном случае, настаивая на привлечении к субсидиарной ответственности участника-должника, уполномоченный орган, в том числе ссылался на материалы налоговой проверки должника, из которых следовало, что в проверяемый период  денежные средства, поступавшие должнику от реализации продукции, перечислялись по цепочке расчетных счетов третьих лиц с указанием на предоставление и возврат средств по договорам займа, поставку зерна, других товаров и материалов, в счет взаиморасчетов, и в итоге спустя непродолжительное время аккумулировались на расчетных счетах участника. Это подтверждалось представленными в материалы дела отчетами о движении денежных средств и банковскими выписками.

Также уполномоченный орган обращал внимание на последующее изъятие единственным участником у должника имущества производственного назначения, что повлекло за собой невозможность осуществления последним основной хозяйственной деятельности.

Упомянутые действия, касающиеся перечисления выручки и отчуждения производственных объектов, вызывают объективные сомнения в том, что участник руководствовался интересами должника.

При названных обстоятельствах в силу статьи 65 АПК РФ именно на участника перешло бремя доказывания того, что возникновение у него права собственности по оспариваемым уполномоченным органом операциям явилось следствием обычного хозяйственного оборота, а не вызвано использованием участником его возможностей, касающихся определения действий должника, во вред его кредиторам.

Согласно абзацу второму статьи 2 Закона о банкротстве банкротство - это неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по гражданским обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, признанная арбитражным судом. Тогда как неплатежеспособность - это лишь прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (абзац тридцать четвертый статьи 2 Закона о банкротстве).

Таким образом, сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства).

Субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции при  первоначальном рассмотрении заявления и при рассмотрении апелляционной жалобы  на новом рассмотрении пришел к правильному выводу о том, что на фоне недостаточности денежных средств у должника (появления первых признаков неплатежеспособности) действия участника по изъятию выручки и имущества, используемого в производственных целях, усугубили и без того затруднительное финансовое состояние должника, что привело к банкротству, которое в такой ситуации стало неизбежным.

- постановление от 08.10.2015 по делу № А69-172/2013 (в вышестоящие судебные инстанции не обжаловалось).

В заявлении о привлечении учредителя должника к субсидиарной ответственности кредитор указывал, что в нарушение статьи 15 Федерального закона от 14.11.2002             № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» министерство, как учредитель государственного унитарного предприятия - должника, действовал недобросовестно, не наделив предприятие имуществом, необходимым для осуществления уставной деятельности, за счет которого в соответствии с пунктом 1 статьи 7 вышеуказанного закона и уставом предприятие несло бы ответственность перед своими кредиторами. Имущество предприятию было передано в возмездное временное владение и пользование, в то время как данное имущество является собственностью  субъекта РФ и должно быть передано предприятию на праве хозяйственного ведения.

Кредитором не было представлено доказательств того, что наличие у предприятия имущества на праве хозяйственного ведения, а не в безвозмездном  временном владении и пользовании, исключило бы неплатежеспособность и банкротство предприятия или позволило бы выйти из кризисного состояния.

На основании изложенного суд  апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) учредителя и банкротством предприятия.

- постановление от 17.09.2015 по делу № А33-6337/2014 (в вышестоящие судебные инстанции не обжаловалось).

Определением суда первой инстанции в удовлетворении заявленных требований отказано. Суд апелляционной инстанции оставил определение суда без изменения.

Конкурсный управляющий в обоснование требования к учредителю должника сослался на наличие его вины в причинении вреда имущественным правам кредитора в результате совершения им сделки по договору подряда.

Суд пришел к выводу о том, что  учредитель не может нести ответственность за факт заключения договора подряда, поскольку воля на ее заключение была выражена со стороны заказчика (должника) руководителем предприятия.

- постановление от 03.11.2016 по делу № А33-14103/2013 (в вышестоящие судебные инстанции не обжаловалось).

В качестве неправомерных действий руководителя должника, конкурсным управляющим указано на  организацию системы вывода  активов должника  в результате  привлечения подрядной организации супруга и неправомерного перечисления в данную организацию денежных средств.

Передача прав управления многоквартирным домом в части привлечения подрядных организаций для проведения капитального, текущего ремонта, не противоречит требованиям действующего законодательства.

Между тем, такая деятельность, как и любая иная субъектов предпринимательской деятельности, должна отвечать принципам разумности и добросовестности.

Суд установил, что заключение договора  со спорной подрядной организацией действительно неблагоприятным образом сказалось на финансовом состоянии должника, на степени обеспеченности его обязательств активами. Однако, учитывая положения статьи 10 Закона о банкротстве, для установления наличия причинно-следственной связи между неправомерными действиями органов управления должника и банкротством должника необходимо, чтобы вменяемые им неправомерные действия послужили основанием банкротства.

Для признания наличия причинно-следственной связи между возникшими убытками в виду заключения договора и несостоятельностью должника необходимо доказать факт возникновения признаков банкротства, вследствие привлечения такой организации.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

Суд установил факт того, что у должника признаки неплатежеспособности и недостаточности денежных средств имелись уже до даты совершения сделки, а также факт того, что лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, назначено единоличным исполнительным органом должника после возникновения признаков банкротства. Следовательно,  данное лицо своими действиями не могло способствовать возникновению обязательств перед третьими лицами и как следствие, доведению предприятия до состояния неплатежеспособности (банкротства) в результате совершенной им сделки.

 

4. Совершение правонарушения, в отношении которого имеется вступившее в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, вследствие чего возникли требования кредиторов третьей очереди, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышающие на дату закрытия реестра требований кредиторов 50 % общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности.

 

Если требования кредиторов третьей очереди возникли вследствие совершения правонарушения, за которое должник был привлечен к административной ответственности, единоличный исполнительный орган должника, занимавший данную должность в период совершения правонарушения, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности.

- постановление от 24.02.2015 по делу № А33-16684/2013к2 (оставлено без изменения судом кассационной инстанции).

Определением суда удовлетворено заявление кредитора о привлечении директора должника к субсидиарной ответственности.

С 01.09.2016  пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве действует в редакции Закона   № 222-ФЗ. Этот пункт дополнен новым абзацем, который ввел дополнительный состав правонарушения, при совершении которого контролирующее должника лицо подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Такое правонарушение должно быть подтверждено вступившим в силу решением о привлечении должника или его должностных лиц к уголовной, административной или иной ответственности за налоговые правонарушения либо основано на требовании об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях.

Данный состав правонарушения является новеллой статьи 10 Закона о банкротстве. Вместе с тем, правоприменительная практика свидетельствует о том, что и до 01.09.2016 уполномоченные органы, кредиторы в делах о банкротстве обращались с заявлениями о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц за действия, выявленные в ходе проверок.

Согласно постановлениям административного органа  по делам об административных правонарушениях должник - общество признано виновным в совершении административных правонарушений, предусмотренных частью 1 статьи 18.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и подвергнуто административному наказанию в виде административного штрафа в сумме 2 000 000 рублей.

Ссылаясь на то, что виновные действия директора должника по привлечению к трудовой деятельности иностранных граждан в отсутствие у них разрешений на работу, привели к невозможности погашения кредиторской задолженности и, как следствие к банкротству должника и недостаточности имущества должника, единственный кредитор, обратился в суд с заявлением.

Оставляя в силе определение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции исходил из того, что представленные в материалы дела доказательства, подтверждают наличие совокупности условий для привлечения  директора к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Поскольку в рассматриваемый период не действовали закрепленные в абзацах втором - пятом пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве презумпции, касающиеся наличия причинно-следственной связи между действиями контролирующих должника лиц и банкротством контролируемой организации, соответствующие обстоятельства в данном деле подлежали доказыванию по общим правилам, установленным процессуальным законодательством.

В соответствии с подпунктом 3 пункта 3 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества издает приказы о назначении на должности работников общества, об их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания.

Согласно пунктам 1, 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами. Лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Совершая действия по привлечению иностранных граждан к трудовой деятельности, руководитель должника мог и должен был предвидеть наступление возможных неблагоприятных последствий для юридического лица в виде уплаты административного штрафа, поэтому обязан был действовать с такой степенью осмотрительности, которая бы позволяла при обычном хозяйственном обороте исключить возникновение указанных выше последствий для общества.

Руководитель общества при отсутствии объективных, чрезвычайных и непреодолимых обстоятельств не принял всех мер по соблюдению требований, предъявляемых к работодателю при приеме на работу иностранных граждан.

В результате совершения указанных выше действий у должника возникли признаки несостоятельности (банкротства), должник вынуждено обратился в суд с заявлением о своем банкротстве, в связи с невозможностью удовлетворения требований единственного кредитора по уплате административного штрафа; должник признан несостоятельным (банкротом).

Таким образом,  по данному делу была установлена доказанность всей совокупности элементов, необходимой для привлечения  директора должника к гражданско-правовой ответственности, установленной пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, а именно: противоправность действий руководителя; причинно-следственная связь между указанными действиями и наступившими последствиями в виде банкротства должника; недостаточность имущества должника для расчетов с кредитором.

 

5. Контролирующие должника лица.

 

В статье 2 Закона о банкротстве (на настоящее время в статье 61.10 Закона о банкротстве) дано определение понятия «контролирующее должника лицо»: это лицо, имеющее либо имевшее в течение установленного законом периода времени до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (в новой редакции: предшествующих возникновению  признаков банкротства, а также после их возникновения  до принятия арбитражным судом заявления о признании  должника банкротом) право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок  и определению их условий.

В частности, данная норма дает указание на конкретных лиц, в число которых входят:

- члены ликвидационной комиссии;

- лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника;

- лицо, которое имело право распоряжаться 50% и более голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной ответственностью;

- руководитель должника;

- иные лица.

Из рассматриваемой нормы следует также, что контролирующим должника лицом может быть признано и любое другое лицо, юридически не имеющее связи с должником, но фактически управляющее им.

- постановление от 03.11.2016 по делу № А33-14103/2013 ( в вышестоящие судебные инстанции не обжаловалось).

Суд по итогам рассмотрения заявления кредитора пришел к выводу, что наличие гражданско-правовой доверенности, выданной на представление интересов общества в различных государственных органах и организациях частно-правового характера, не свидетельствует о наличии у такого уполномоченного лица права давать обязательные для исполнения должником указания.

Доказательств того, что наличие брачно-семейных отношений может являться основанием для определения супруга в качестве контролирующего лица, при условии наличия доказательств возможности определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника, в материалы дела также не было представлено.

Привлечение на договорной основе подрядной организации органом управления которой и единственным участником является супруг директора должника (в деле о банкротстве), свидетельствует о наличии в правоотношениях признака заинтересованности, что можно рассматривать как основания для возможного оспаривания такой сделки, но при этом, основанием для признания такого лица (директора и учредителя подрядной организации) в качестве контролирующего, правовые основания отсутствовали.

IV. Выводы

 

1. При анализе вышеизложенных примеров судебной практики по привлечению (отказу в привлечении) к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в процедуре банкротства по основанию совершения такими лицами действий, причинивших вред имущественным правам кредиторов в результате совершения ими или в их пользу сделок либо одобрения одной или нескольких сделок должника, возникает следующий вопрос.

В соответствии с частью 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

При этом отдельные критерии поведения таких лиц, при наличии которых презюмируются (считаются доказанными) их недобросовестность и (или) неразумность, изложены в пунктах 2, 3 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62
«О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».

Вместе с тем, истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий контролирующих должника лиц, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В случаях, когда причинившие вред имущественным правам должника (его кредиторов) действия контролирующих должника лиц носили не просто недобросовестный (неразумный), но и противоправный характер (содержали признаки состава преступления), например, по заключению фиктивных сделок с фальсификацией документов, является ли вынесение судом приговора в отношении указанных лиц необходимым условием для привлечения их арбитражным судом к субсидиарной ответственности в процедуре  банкротства юридических лиц?

В соответствии с пунктом 4.2  Методики  изучения и обобщения  судебной практики в Третьем арбитражном апелляционном суде предлагается обсудить данный вопрос на заседании судебной коллегии (с учетом выводов, изложенных в постановлении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 06.03.2017 по делу
№ А33-12241/2016)
.

2. Рекомендовать использовать указанный обзор в работе при рассмотрении споров, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

 

 

И.о. председателя судебной коллегии

по рассмотрению споров, возникающих

из гражданских правоотношений                                                           Ю.В. Хабибулина

 

Судья                                                                                                         В.В. Радзиховская